Арысь-ворота Средней Азии

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Проза

Сообщений 91 страница 110 из 110

91

Чертовщина

Встал утром - лучше бы вовсе не просыпался. Голова вава, во рту бяка, денег тютю...
Слоняюсь по квартире, прихожу в себя. Жена шипит:
- Иди мусор вынеси, пьянчуга чертов!
Повиновался. Нагнулся за ведром - разогнуться не могу. Стал распрямляться, уперся рукой в посудный шкаф. Не рассчитал - загремели, зазвенели по полу банки-склянки. Вдобавок ведро с мусором опрокинул. Жена вообще зашлась:
- Уйди с глаз моих долой, сатана! Проваливай к дьяволу, идол!

Ушел молча: говорить не могу, каждый звук сверлит мозги. Вышел на улицу, куда податься - не знаю. Свет не мил, люди противны. Сел в первый попавшийся автобус. Нечаянно наступил какой-то крашеной девице на ногу. Она завизжала.
- Простите, - шепотом говорю. - Я нечаянно.
- Пошел к черту, пентюх! - обласкала она меня сквозь слезы. Вылез из автобуса на конечной и пошел, куда послали.

Долго ли, коротко шел - не помню. Голова гудит, во рту сухо, ноги-руки дрожат. Ну и состояньице, доложу я вам. Смотрю - бугор, за бугром яма. И ступени осклизлые вниз ведут. Черт его знает, что там? А, пойду: терять мне нечего!

Спустился. Дверь железная. Таблица на ней с горящей надписью «Дьявол. Звонить три раза». Верить иль не верить? Неужто в самом деле до преисподней добрался? А может, с похмелья мерещится? Позвонил на всякий случай. Дверь с лязгом распахнулась. На пороге вырос лохматый мужичок - хвост крючком, нос пятачком.
- Чего тебе? - хрюкает.
- Я, это, к дьяволу вот...
- А зачем?
- Так это, послали.
- Пошли, коли так.

Шли, шли каким-то темными закоулками. И пришли в огромное сводчатое помещение. Посредине очаг пылает. Пахнет серой и еще чем-то до боли знакомым.

Вокруг огня расположилась теплая компания этих самых, с пятачками. А во главе застолья - здоровенный рыжий громила. Точь-в-точь грузчик дядя Федя из нашего гастронома. Все по очереди зачерпывают ковшом из огромной посудины и пьют, черти. Чем-то жареным закусывают.

- Кто такой будешь? - грозно спрашивает рыжий. «Дьявол!» - догадался я.
- Вася я, - представляюсь. - А пожаловал к вам, Дьявол... кгм...
- Шайтанович, - подсказывает он уже более ласково.
- А пожаловал я к вам потому, Дьявол Шайтанович, что меня сегодня без конца посылали к вам. И еще потому, что голова болит. А деньги кончились. И у моих корешей тоже. А жена не дает...
- Вообще-то нас и так до черта, - бурчит рыжий. - Ну да ладно, будешь сорок четвертым. Садись, раз пришел. Знаю я твое состояние - тут не то, что к черту на рога - к богу в рай полезешь. Плесните ему, черти. Пей, Вася!

Хлебнул я чертова зелья - аж мурашки по коже.
- Закусывай! - кричат мне со всех сторон.
- М-м, - отвечаю. - После первой не закусываю!
Черти от восторга заржали, захрюкали.
- Вот это по-нашенски! - крякнул их главный. - А ну, дребалызнем еще!

В общем, надрызгался я в этой тепленькой компании до чертиков. Что было дальше - не помню. Сплошной туман. Помнится - слабо, правда, - что мы еще всей нечистой силой наведались к ведьмам. Ух, доложу я вам, чертовки! Хлебнул и там какого-то варева. Да такого, что земля из-под ног дыбом и - хлоп меня по лбу!

Очнулся - кругом все белое. Врач озабоченный рядом сидит, пульс мой щупает.
- Еще одна такая попойка, - говорит, - и только вас и видели.
Жена рядом сидит. Увидела, что я очнулся, перестала всхлипывать.
- Где тебя черти носили? - шипит.
Дудки, не скажу. Этот адресок мне еще сгодится.

http://s42.radikal.ru/i096/0809/33/1775926f2f42.gif

0

92

Меня укусил бомж

Меня укусил бомж. Я даже не понял, как это произошло. Вот он увлечённо роется в мусорном баке, и вот он уже, так же увлечённо, впился в мою руку. Я заорал, не так от боли, как от отвращения. Ударил его свободной рукой в ухо, но он никак не отреагировал, тогда я врезал коленом в пах, вырвался и побежал, не оглядываясь, предавшись панике и ужасу. Запыхавшись, остановился и посмотрел на рану. Крови было немного, да и болело не очень, но я зашёл в ближайший магазин, купил бутылку водки. Половину вылил на укус, дабы продезинфицировать, а половину выпил прямо из горлышка.

Жена дома обработала рану, забинтовала и, не поверив ни единому слову, обиделась. Я тоже обиделся, и ушёл в спальню смотреть футбол. Усевшись с бутылкой пива в кресле, включил телевизор. Посмотрев матч минут пятнадцать, поймал себя на мысли, что игра какая-то вялая, что мне скучно, и не понятно, зачем я это смотрю. И зачем я, вообще, смотрел футбол раньше. Скукота и абсурд, мужики в трусах гоняют мяч, что здесь может быть интересного? Я уснул прямо в кресле.

На следующий день я даже не помнил, где был укус. Снял бинт, рана полностью затянулась, спасибо водке. Остался только небольшой рубец, похожий на старый шрам. Но, всё равно, кроме травмы физической я получил ещё и душевную, и решил не пойти на работу. Жене наврал про недомогание, и снова завалился спать. Как я раньше не замечал, насколько неудобно спать на мягком. Всё болит и немеют конечности, поэтому перелёг на пол, и сразу уснул. Таким меня и застала вернувшаяся с работы жена. Она испугалась, что со мной что-то случилось, и бросилась звонить в скорую, но я её успокоил, сказав, что в такую жару поспать на полу - милое дело.

За ужином жена все удивлялась, чего это я так чавкаю и ложку держу как-то неправильно. Остаток борща я допил прямо из тарелки.

Новости я смотреть не стал. Что там смотреть - опять одно и то же. Да и телевизор в целом показался мне ненужным изобретением. Хотелось водки, но я удержался. Перед сном, пойдя в душ, удивился, как воняет мыло. Странно, никогда не замечал, что оно имеет такой мерзский запах. Посмотрев в зеркало, оценил, что мне очень идёт щетина, и решил не бриться.

На следующий день я опять не пошёл на работу. Как хорошо на неё не ходить. Я, конечно, и раньше это понимал, но сейчас проникся ощущением свободы. Не нужно листать дурацкие бумаги, ходить на скучные совещания, выслушивать хамство от начальства и вести пустые беседы в курилке. Прогуливать однозначно приятнее. Настолько приятно, что я даже готов был отказаться от множества пустых излишеств, на которые, собственно, и уходила основная часть заработка. Ведь прекрасно можно прожить без вазочек, картин, цветов на окне, галстуков, одеколонов, книг, компьютера и даже мобильного телефона. Ведь жили же раньше люди без Интернета. А звонить мне всё равно некому и незачем. Я полистал телефонную книгу и не нашёл никого, без кого бы невозможно оказалось прожить. Я осмотрелся, и не обнаружил ни одной вещи, без которой бы я умер. Сто лет назад жили без холодильников, электрических чайников, тостеров, магнитофонов, фритюрниц и пароварок. И вообще, без электричества, водопровода и канализации. Моя бабка всю жизнь прожила в деревне. Из коммуникаций у неё был колодец и сортир во дворе.

К чёрту, решил я, увольняюсь. Хотел позвонить шефу и высказать, всё, что накипело за эти годы, но решил, что мне лень. Я вышел на улицу. В квартире мне было душно от этого нагромождения мебели, ковров на полу и хрустальной люстры.

На рекламном щитке обнаружил объявление о приёме на работу дворников. Пошёл в ЖЭК, мне всё рассказали. Платят мало, зато и работать часа три в день. Посчитал, денег должно хватать на еду и дешёвые сигареты, даже на водку оставалось. Там же познакомился с дворником дядей Сашей, который рассказал, сколько в день он сдаёт макулатуры, металлолома и пустой тары, что я решил устроиться. Но, нужно было ехать за трудовой, и это меня сразу напрягло. Переться через весь город ради того, чтобы ублажить бюрократию. Спасибо, не нужно. Макулатуру и бутылки я и так насобираю.

Проходя мимо мусорного бака уловил довольно аппетитный запах. Не знаю, чем пахло, но я еле сдержался, чтобы не заглянуть внутрь. Нарвал абрикос. Вкусно, и совсем не нужно за них платить. Наевшись и разомлев под солнышком, я прилёг на скамейке и уснул. Когда проснулся, уже было темно, и я пошёл домой.

Жена, открыв дверь, начала плакать и кричать, что она уже обзвонила все морги, больницы и знакомых. Назвала меня скотиной и ушла спать. Я же нашёл недопитую бутылку водки и выдул её прямо из горлышка, даже не закусив. Интересно, думал я, с этой женщиной прожил я пятнадцать лет, непонятно зачем. Она мне даже не родственница. Просто баба, с которой я решил жить вместе. Может, когда-то я любил её, но уже давно жил с ней, потому что... не знаю, почему. Я не смог найти ни одной причины, почему мне приходилось столько времени выслушивать от неё гадости и сплетни, отдавать деньги, терпеть её идиотских подруг, смотреть сериалы, оправдываться, спешить домой, дарить цветы и конфеты. Кто она мне такая? Какое право она имела орать на меня и называть скотиной?

И я ушёл. Просто вышел и пошёл, куда глядели глаза. Я шёл по ночным улицам и надо мной висело небо, полное звёзд. Я так давно не смотрел на звёзды, не замечал, как пахнут на клумбах маттиолы и поют свои романсы сверчки.

И тут я снова учуял знакомый аромат, напомнивший мне, что я давно не ел. Запах исходил от мусорного бака. Оглянувшись, и убедившись, что никто не видит, я заглянул в бак, стоящий недалеко от фонаря. Боже, сколько там было добра! Я нашёл надкусанное яблоко, слегка подгнившую морковку, целую четверть засохшего хлеба. А ещё - семь пивных бутылок, крепкие ещё кроссовки, слегка потёртые, но это не страшно, главное, что почти мой размер. Там же найдя пакет, сложил туда трофеи, и, съев яблоко, пошёл искать ещё баки.

Прошёл месяц. У меня всё прекрасно, жизнь наладилась. У местных бомжей я хожу в авторитете, так как имею два высших образования. Надавав некоторым по лицу, я забил самые козырные точки. Живу я в заброшенном недострое. Добытого за день мне хватает на бутылку водки, жратву, сигареты. Женщины всегда доступны, одна, с вокзала, даже предлагала жить с ней, но я, наученный горьким опытом, послал её подальше, но она всё равно, иногда заходит. Она горячая женщина, правда, у неё на шее короста, но это совсем не заразно, так что, за стакан водки можно вполне сносно отдохнуть. Одежды у меня полно, целая куча лежит в углу моего гнёздышка. А больше мне ничего и не нужно.

Однажды увидел бывшую жену, но она сделала вид, что не знает меня, а может, не узнала, ведь я отрастил бороду. Но, главное, что я счастлив. Я свободен. Я не завишу ни от кого. Я делаю то, что хочу: хочу - сплю, хочу - не сплю, хочу - пью водку, хочу - не пью. И мне плевать на мировой кризис. Пусть, хоть весь мир развалится, я буду жить так, как живу сейчас. Выборы, президенты, политика, экономика ко мне не имеют никакого отношения. Меня не трогает налоговая, санэпидемстанция, пенсионный фонд. Меня даже милиция избегает. Видите ли, запах мой им не нравится. Я понял, что такое свобода. Свобода - это когда ничего нет и ничего не нужно. Каждая вещь делает из тебя раба. Получив что-то, пытаешься это сохранить, потом хочется умножить и прибавить, хочется, чтобы как у всех, а потом, чтобы лучше. И вся жизнь проходит в непонятной борьбе за блага, которые требуют новой борьбы.

Сегодня у меня особый день. Сегодня я должен спасти человека. Так же, как спасли однажды меня. Делаю вид, что роюсь в баке. Пусть подойдёт поближе. Он не понимает сейчас, но потом скажет спасибо. Спасибо за свободу.

0

93

Джеймс Камерон - дневник

Понедельник. После съемок "Аватара" решил снова переключиться на документалистику. Свой новый фильм задумал сделать о водных глубинах, а поиски натуры решил начать искать с России, с озера Байкал.

Вторник, утро. По дороге из аэропорта Иркутск понял, что "Скайнет" начинал именно здесь...

Вторник, день. Спустился с группой местных чиновников на дно Байкала. Губернатор области, дождавшись глубины 1640, с гордостью произнес: "Каково! Согласитесь, что у нас здесь места красивее, чем на Пандоре!"

Среда, утро. Видел синих тварей, купающихся в Байкале. Прекрасная натура для "Аватара 2". Мне объяснили, что недавно заработал Байкальский бумажный комбинат, а раньше эти твари имели обычный человеческий цвет.

Среда, день. Видел кортеж русского лидера Путина. В кортеже ехало 6 желтых машин, в одной из которых находился Путин. Как мне сказали - это для того, чтобы ввести в заблуждение снайперов. Когда кортеж остановился (Путин решил побеседовать со мной), сам он вышел из черного "Мерседеса" (наверно, чтобы полностью запутать снайперов). В беседе Путин спросил, снимаю ли я в кино только губернаторов Калифорнии или же и для премьер-министра место найдется...

Среда, вечер. Сыграли в футбол Россия - Пандора. Россия оказалась сильнее - 2:0, оба гола забил Аршавин. Оно и понятно - наша группа состояла всего из четырех человек.

Четверг, утро. Привезли к казакам. Ел и пил с сабли. Теперь острого до конца жизни есть не буду!

Четверг, вечер. Смотрел выступление казаков на лошадях. Казачий атаман предложил мне выбирать любого на роль следующего Терминатора: "Гляди, америкос, как они в седле держатся..." Хм... А вот водочка понравилась - появились новые идеи о жидком Терминаторе...

Пятница, утро. По дороге в Москву попросил остановиться у одного живописного озера, кажется - Карачай. Подошел местный житель, стал нахваливать его: "Вода у нас волшебная: помыл ею голову, а на смену тут же две новые вырастают". Нет, все-таки вот отсюда стартовал "Скайнет", разрушая планету...

Суббота, утро. Встретился с Михалковым. Оказывается, он тоже собирается снимать новый фильм в 3D, и эти три D - "Добро", "Державность", "Духовность". Смотрели с ним кадры, не вошедшие в "Утомленных солнцем 2". Михалков сказал, что они потом выйдут отдельным сериалом.

Суббота, вечер. Звонил ди Каприо, просил посмотреть его в "Начале". Сходил на сеанс; уснул на пятом сне, проснулся в третьем. А ведь думал, что на шедевре Михалкова выспался на неделю. Русская речь в дубляже убаюкивает. Позвонил Лео, сказал, что неплохо для "Начала".

Воскресенье, утро. Встретился с Бондарчуком. Он поделился со мной замыслом грандиозных съемок подводного мира для фильма "Сталинград". Правда, мне казалось, что Сталинградская битва была сухопутной и происходила зимой, но Федор поведал, что собирается поведать миру о ранее неизвестных эпизодах битвы на Волге.

Воскресенье, день. Встречался с военными. Сказали: "Слабак твой айсберг из "Титаника". Если бы судно тонуло в Баренцевом море, никто бы не спасся". Обещал подумать над их словами.

Воскресенье, чуть позже. Встретился с коммунистами Ленинграда. Обиделись, что я жителей светлого будущего изобразил синими уродами. "А какими они должны быть?" Немного подумали, ответили: "Красными уродами".

Понедельник, утро. Снова встретился с Бондарчуком. Повел меня на "Любовь-морковь 2", где он в главной роли. А Федор, оказывается, ничего, - может быть вменяемым и интересным.

Понедельник, день. Был приглашен в мэрию Москвы. Оказывается, Бондарчук еще и мэр этого города (если я не перепутал всех этих лысых джентльменов). Беседовал с ним снова. Да, насчет вменяемости - с выводами я поторопился...

Вторник. Пребывая на озере Селигер, встретился с молодежными активистами. Спросили меня, как режиссера фильма "Чужие", не мог бы я снять фильм "Наши". Сказал, что вижу пока массовку только для "Чужих". Обиделись, насадили муляж моей головы на кол и подписали "Враг России". Да, заметил, что в России вокруг любого водоема - то монстры, то разрушительная мощь "Скайнета".

Среда, утро. В голове появляются первые наброски фильма о России: зябко кутаясь в телегу, Терминатор бредет по холодному погосту...

http://i.smiles2k.net/big_smiles/big_smiles_294.gif

0

94

Просвященная Европа

Европейцы во все времена считали Россию варварской страной. И мы сами нередко выражаемся о ней в том же духе. О нынешних временах говорить не буду, но можно с уверенность сказать, что вплоть до 19 века Россия, несмотря на все недостатки, была самым цивилизованным из европейских государств.
Многие с тоской представляют себе старую Европу с благородными рыцарями (ха-ха), готовыми на подвиги во имя прекрасных дам (хо-хо), с прекрасными дворцами и галантными мушкетерами (ну-ну), с пышными королевскими приемами и благоухающими садами Версаля. Многие думают: ну почему я не родился (родилась) в те красивые времена? Почему мне приходится жить в эти скучные годы, когда о чести и красоте забыли?
Поверьте - вам очень повезло.
До 19 века в Европе царила ужасающая дикость. Забудьте о том, что вам показывали в фильмах и фэнтезийных романах. Правда - она гораздо менее… хм… благоуханна. Причем это относится не только к мрачному Средневековью. В воспеваемых эпохах Возрождения и Ренессанса принципиально ничего не изменилось.
Кстати, как ни прискорбно, но почти за все отрицательные стороны жизни в той Европе ответственна христианская церковь. Католическая, в первую очередь. Теперь я понимаю князя Мышкина, который говорил, что “католичество - еще хуже, чем атеизм”.

Предлагаю вашему вниманию подборку фактов о быте европейцев. Взяты по большей части из этой замечательной статьи: http://absentis.front.ru/abs/lsd_0_add_europe_smell.htm (или, точнее, не статьи, а одной из глав недописанной книги). Их много… но это того стоит. Итак.
Античный мир возвел гигиенические процедуры в одно из главных удовольствий, достаточно вспомнить знаменитые римские термы. До победы христианства только в одном Риме действовало более тысячи бань. Христиане первым делом, придя к власти, закрыли все бани.

К мытью тела тогдашний люд относился подозрительно: нагота - грех, да и холодно - простудиться можно. Горячая же ванна нереальна - дровишки стоили уж очень дорого, основному потребителю - Святой Инквизиции - и то с трудом хватало, иногда любимое сожжение приходилось заменять четвертованием, а позже - колесованием.

Королева Испании Изабелла Кастильская (конец XV в.) признавалась, что за всю жизнь мылась всего два раза - при рождении и в день свадьбы. Дочь одного из французских королей погибла от вшивости. Папа Климент V погибает от дизентерии, а Папа Климент VII мучительно умирает от чесотки (как и король Филипп II). Герцог Норфолк отказывался мыться из религиозных убеждений. Его тело покрылось гнойниками. Тогда слуги дождались, когда его светлость напьется мертвецки пьяным, и еле-еле отмыли.

Русские послы при дворе Людовика XIV писали, что их величество «смердит аки дикий зверь». Самих же русских по всей Европе считали извращенцами за то, что те ходили в баню раз в месяц - безобразно часто.

Если в ХV - ХVI веках богатые горожане мылись хотя бы раз в полгода, в ХVII - ХVIII веках они вообще перестали принимать ванну. Правда, иногда приходилось ею пользоваться - но только в лечебных целях. К процедуре тщательно готовились и накануне ставили клизму. Французский король Людовик ХIV мылся всего два раза в жизни - и то по совету врачей. Мытье привело монарха в такой ужас, что он зарекся когда-либо принимать водные процедуры.

В те смутные времена уход за телом считался грехом. Христианские проповедники призывали ходить буквально в рванье и никогда не мыться, так как именно таким образом можно было достичь духовного очищения. Мыться нельзя было еще и потому, что так можно было смыть с себя святую воду, к которой прикоснулся при крещении. В итоге люди не мылись годами или не знали воды вообще. Грязь и вши считались особыми признаками святости. Монахи и монашки подавали остальным христианам соответствующий пример служения Господу.

На чистоту смотрели с отвращением. Вшей называли «Божьими жемчужинами» и считали признаком святости. Святые, как мужского, так и женского пола, обычно кичились тем, что вода никогда не касалась их ног, за исключением тех случаев, когда им приходилось переходить вброд реки.

Люди настолько отвыкли от водных процедур, что доктору Ф.Е. Бильцу в популярном учебнике медицины конца XIX(!) века приходилось уговаривать народ мыться. «Есть люди, которые, по правде говоря, не отваживаются купаться в реке или в ванне, ибо с самого детства никогда не входили в воду. Боязнь эта безосновательна, - писал Бильц в книге «Новое природное лечение», - После пятой или шестой ванны к этому можно привыкнуть…». Доктору мало кто верил…

Духи - важное европейское изобретение - появились на свет именно как реакция на отсутствие бань. Первоначальная задача знаменитой французской парфюмерии была одна - маскировать страшный смрад годами немытого тела резкими и стойкими духами.

Король-Солнце, проснувшись однажды утром в плохом настроении (а это было его обычное состояние по утрам, ибо, как известно, Людовик XIV страдал бессонницей из-за клопов), повелел всем придворным душиться. Речь идет об эдикте Людовика XIV, в котором говорилось, что при посещении двора следует не жалеть крепких духов, чтобы их аромат заглушал зловоние от тел и одежд.

Первоначально эти «пахучие смеси» были вполне естественными. Дамы европейского средневековья, зная о возбуждающем действии естественного запаха тела, смазывали своими соками, как духами, участки кожи за ушами и на шее, чтобы привлечь внимание желанного объекта.

С приходом христианства будущие поколения европейцев забыли о туалетах со смывом на полторы тысячи лет, повернувшись лицом к ночным вазам. Роль забытой канализации выполняли канавки на улицах, где струились зловонные ручьи помоев. Забывшие об античных благах цивилизации люди справляли теперь нужду где придется. Например, на парадной лестнице дворца или замка. Французский королевский двор периодически переезжал из замка в замок из-за того, что в старом буквально нечем было дышать. Ночные горшки стояли под кроватями дни и ночи напролет.

После того, как французский король Людовик IX (ХIII в.) был облит дерьмом из окна, жителям Парижа было разрешено удалять бытовые отходы через окно, лишь трижды предварительно крикнув: «Берегись!» Примерно в 17 веке для защиты голов от фекалий были придуманы широкополые шляпы.

Изначально реверанс имел своей целью всего лишь убрать обосранную вонючую шляпу подальше от чувствительного носа дамы.

В Лувре, дворце французских королей, не было ни одного туалета. Опорожнялись во дворе, на лестницах, на балконах. При «нужде» гости, придворные и короли либо приседали на широкий подоконник у открытого окна, либо им приносили «ночные вазы», содержимое которых затем выливалось у задних дверей дворца.

То же творилось и в Версале, например во время Людовика XIV, быт при котором хорошо известен благодаря мемуарам герцога де Сен Симона. Придворные дамы Версальского дворца, прямо посреди разговора (а иногда даже и во время мессы в капелле или соборе), вставали и непринужденно так, в уголочке, справляли малую (и не очень) нужду.

Король-Солнце, как и все остальные короли, разрешал придворным использовать в качестве туалетов любые уголки Версаля и других замков. Стены замков оборудовались тяжелыми портьерами, в коридорах делались глухие ниши. Но не проще ли было оборудовать какие-нибудь туалеты во дворе или просто бегать в парк? Нет, такое даже в голову никому не приходило, ибо на страже Традиции стояла …диарея. Беспощадная, неумолимая, способная застигнуть врасплох кого угодно и где угодно. При соответствующем качестве средневековой пищи понос был перманентным. Эта же причина прослеживается в моде тех лет на мужские штаны-панталоны, состоящие из одних вертикальных ленточек в несколько слоев. Парижская мода на большие широкие юбки, очевидно, вызвана теми же причинами. Хотя юбки использовались также и с другой целью - чтобы скрыть под ними собачку, которая была призвана защищать Прекрасных Дам от блох.

Естественно, набожные люди предпочитали испражняться лишь с Божией помощью - венгерский историк Иштван Рат-Вег в «Комедии книги» приводит виды молитв из молитвенника под названием: «Нескромные пожелания богобоязненной и готовой к покаянию души на каждый день и по разным случаям», в число которых входит «Молитва при отправлении естественных потребностей».

Не имевшие канализации средневековые города Европы зато имели крепостную стену и оборонительный ров, заполненный водой. Он роль «канализации» и выполнял. Со стен в ров сбрасывалось дерьмо. Во Франции кучи дерьма за городскими стенами разрастались до такой высоты, что стены приходилось надстраивать, как случилось в том же Париже - куча разрослась настолько, что говно стало обратно переваливаться, да и опасно это показалось - вдруг еще враг проникнет в город, забравшись на стену по куче экскрементов.

Улицы утопали в грязи и дерьме настолько, что в распутицу не было никакой возможности по ним пройти. Именно тогда, согласно дошедшим до нас летописям, во многих немецких городах появились ходули, «весенняя обувь» горожанина, без которых передвигаться по улицам было просто невозможно.

Вот как, по данным европейских археологов, выглядел настоящий французский рыцарь на рубеже XIV-XV вв: средний рост этого средневекового «сердцееда» редко превышал один метр шестьдесят (с небольшим) сантиметров (население тогда вообще было низкорослым). Небритое и немытое лицо этого «красавца» было обезображено оспой (ею тогда в Европе болели практически все). Под рыцарским шлемом, в свалявшихся грязных волосах аристократа, и в складках его одежды во множестве копошились вши и блохи.
Изо рта рыцаря так сильно пахло, что для современных дам было бы ужасным испытанием не только целоваться с ним, но даже стоять рядом (увы, зубы тогда никто не чистил). А ели средневековые рыцари все подряд, запивая все это кислым пивом и закусывая чесноком - для дезинфекции.

Кроме того, во время очередного похода рыцарь сутками был закован в латы, которые он при всем своем желании не мог снять без посторонней помощи. Процедура надевания и снимания лат по времени занимала около часа, а иногда и дольше. Разумеется, всю свою нужду благородный рыцарь справлял… прямо в латы.

Некоторые историки были удивлены, почему солдаты Саллах-ад-Дина так легко находили христианские лагеря. Ответ пришел очень скоро - по запаху.

Если в начале средневековья в Европе одним из основных продуктов питания были желуди, которые ели не только простолюдины, но и знать, то впоследствии (в те редкие года, когда не было голода) стол бывал более разнообразным. Модные и дорогие специи использовались не только для демонстрации богатства, они также перекрывали запах, источаемый мясом и другими продуктами.

В Испании в средние века женщины, чтобы не завелись вши, часто натирали волосы чесноком.

Чтобы выглядеть томно-бледной, дамы пили уксус. Собачки, кроме работы живыми блохоловками, еще одним способом пособничали дамской красоте: в средневековье собачьей мочой обесцвечивали волосы.

Сифилис ХVII -XVIII веков стал законодателем мод. Гезер писал, что из-за сифилиса исчезала всяческая растительность на голове и лице. И вот кавалеры, дабы показать дамам, что они вполне безопасны и ничем таким не страдают, стали отращивать длиннющие волосы и усы. Ну, а те, у кого это по каким-либо причинам не получалось, придумали парики, которые при достаточно большом количестве сифилитиков в высших слоях общества быстро вошли в моду и в Европе и в Северной Америке. Сократовские же лысины мудрецов перестали быть в почете до наших дней.

Благодаря уничтожению христианами кошек расплодившиеся крысы разнесли по всей Европе чумную блоху, отчего пол-Европы погибло. Спонтанно появилась новая и столь необходимая в тех условиях профессия крысолова. Власть этих людей над крысами объясняли не иначе как данной дьяволом, и потому церковь и инквизиция при каждом удобном случае расправлялись с крысоловами, способствуя таким образом дальнейшему вымиранию своей паствы от голода и чумы.

Методы борьбы с блохами были пассивными, как например палочки-чесалочки. Знать с насекомыми борется по своему - во время обедов Людовика XIV в Версале и Лувре присутствует специальный паж для ловли блох короля. Состоятельные дамы, чтобы не разводить «зоопарк», носят шелковые нижние рубашки, полагая, что вошь за шелк не уцепится, ибо скользко. Так появилось шелковое нижнее белье, к шелку блохи и вши действительно не прилипают.

Влюбленные трубадуры собирали с себя блох и пересаживали на даму, чтоб кровь смешалась в блохе.

Кровати, представляющие собой рамы на точеных ножках, окруженные низкой решеткой и обязательно с балдахином в средние века приобретают большое значение. Столь широко распространенные балдахины служили вполне утилитарной цели - чтобы клопы и прочие симпатичные насекомые с потолка не сыпались.

Считается, что мебель из красного дерева стала столь популярна потому, что на ней не было видно клопов.

Кормить собой вшей, как и клопов, считалось «христианским подвигом». Последователи святого Фомы, даже наименее посвященные, готовы были превозносить его грязь и вшей, которых он носил на себе. Искать вшей друг на друге (точно, как обезьяны - этологические корни налицо) - значило высказывать свое расположение.

Средневековые вши даже активно участвовали в политике - в городе Гурденбурге (Швеция) обыкновенная вошь (Pediculus) была активным участником выборов мэра города. Претендентами на высокий пост могли быть в то время только люди с окладистыми бородами. Выборы происходили следующим образом. Кандидаты в мэры садились вокруг стола и выкладывали на него свои бороды. Затем специально назначенный человек вбрасывал на середину стола вошь. Избранным мэром считался тот, в чью бороду заползало насекомое.

Пренебрежение гигиеной обошлось Европе очень дорого: в XIV веке от чумы («черной смерти») Франция потеряла треть населения, а Англия и Италия - до половины.

Медицинские методы оказания помощи в то время были примитивными и жестокими. Особенно в хирургии. Например, для того, чтобы ампутировать конечность, в качестве “обезболивающего средства” использовался тяжелый деревянный молоток, “киянка”, удар которого по голове приводил к потере сознания больного, с другими непредсказуемыми последствиями. Раны прижигали каленым железом, или поливали крутым кипятком или кипящей смолой. Повезло тому, у кого всего лишь геморрой. В средние века его лечили прижиганием раскаленным железом. Это значит - получи огненный штырь в задницу - и свободен. Здоров.

Сифилис обычно лечили ртутью, что, само собой, к благоприятным поледствиям привести не могло.

Кроме клизм и ртути основным универсальным методом, которым лечили всех подряд, являлось кровопускание. Болезни считались насланными дьяволом и подлежали изгнанию - «зло должно выйти наружу». У истоков кровавого поверья стояли монахи - «отворители крови». Кровь пускали всем - для лечения, как средство борьбы с половым влечением, и вообще без повода - по календарю. «Монахи чувствовали себя знатоками в искусстве врачевания и с полным правом давали рекомендации». Основная проблема была в самой порочной логике такого лечения - если улучшение у больного не наступало, то вывод делался только один - крови выпустили слишком мало. И выпускали еще и еще, пока больной от потери крови не умирал. Кровопускание, как излюбленный метод лечения всех болезней, унесло, вероятно, жизней не менее, чем чума.

Была в средневековой европе и хирургия. Даже если хирург научился резать быстро - а к этому они и стремились, памятуя Гиппократа: «Причиняющее боль должно быть в них наиболее короткое время, а это будет, когда сечение выполняется скоро» - то из-за отсутствия обезболивания даже виртуозная техника хирурга выручала лишь в редких случаях. В Древнем Египте попытки обезболивания делались уже в V-III тысячелетиях до н.э. Анестезия в Древней Греции и Риме, в Древнем Китае и Индии осуществлялась с использованием настоек мандрагоры, белладонны, опия и т.п., в ХV-ХIII веках до н.э. для этой цели был впервые применен алкоголь. Но в христианской Европе обо всем этом позабыли.

Широко распространяются в средневековье лекарства из трупов и размолотых костей. Гарманн приводит также рецепт «божественной воды», названной так за свои чудесные свойства: берется целиком труп человека, отличавшегося при жизни добрым здоровьем, но умершего насильственной смертью; мясо, кости и внутренности разрезаются на мелкие кусочки; все смешивается и с помощью перегонки превращается в жидкость.

Нарочитое пренебрежение к смерти и презрение к земной жизни проявилось в таком явлении, как мода на человеческие черепа. Историк Рат-Вег поражался такому обычаю, широко распространенном в Европе еще в 18-ом веке:
“Трудно представить, что человеческий череп когда-то был предметом моды. Ненормальная мода родилась в Париже в 1751 году. Знатные дамы устанавливали череп на туалетный столик, украшали его разноцветными лентами, устанавливали в него горящую свечу и временами погружались в благоговейное созерцание”. Но удивляться тут особенно нечему - у такого отношения к человеческим останкам глубокие корни. Христиане тысячелетие насаждали культ поклонения мощам. Как известно, первые христиане жили в катакомбах в окружении трупов.

Для языческой культуры это было неприемлемым явлением. Евнапий из Сард в IV веке описывал осквернение христианами языческого храма Сераписа: «они привели в это священное место так называемых монахов, которые имеют хотя человеческий образ, но …. собирают кости и черепа людей, уличенных в преступлениях и казненных по приговору суда, выдают их за богов и повергаются ниц перед ними». Этим культом мертвых тел, а также культом евхаристии, Церковь добилась того, что народ в Европе еще в 17-ом веке свято верил, что истертые в порошок черепа и костяшки пальцев очень полезны для здоровья. Из обожженных костей счастливых супругов или страстных любовников приготовляли возбуждающий любовный напиток.

Выражение «переплет из человеческой кожи» скорее вызовет ассоциации только с пропагандистскими байками вроде «абажуров из кожи в Бухенвальде» и «мыла из евреев». Но если на пресловутые абажуры посмотреть нигде не получится ввиду их отсутствия, то прототипы этого «навета» вполне реальны. Книг, переплетенных в человеческую кожу, в библиотеках достаточно. Книги или пергамент, обернутые в человеческую кожу, появились в средневековье, когда стало широко практиковаться дубление человеческой кожи (и сохранение других частей тела). Эти книги до нас не дошли, хотя есть некоторые исторические сообщения касательно Библии XIII-ого века и текста Decretals (Католическое церковное право), написанных на человеческой коже.

Среди других переплетенных в человеческую кожу документов - копия Прав Человека и нескольких копий французской Конституции 1793 г.

Великий инквизитор Испании Томас де Торквемада (1420-1498), широко прославившийся своей священной борьбой с еретиками, стал своеобразным «лицом Инквизиции», наряду с Крамером и Шпренгером. Торквемада с истинно христианским человеколюбием сжег на кострах 10 220 человек. Гораздо меньше известно другое - сколько человеческого материала «врагов народа» было использовано более рационально. Сжигание заживо эмоционально заслоняет от нас куда большее количество «общественно полезных» приговоров образовавшейся в Испании «экономической инквизиции». Например, тем же Торквемадой к ссылке на галеры было приговорено 97 371 человек. Именно на галерах должны были эти еретики искупать свою вину перед Господом. Томас Торквемада был духовником инфанты Изабеллы Кастильской (той самой, которая гордилась тем, что мылась два раза в жизни).

В отношении «истинных» врагов Церкви (то есть, например, тех кто отказывался признать свою вину или посмел не «заложить» свою семью, родственников и друзей) Инквизиция была непримирима - только костер. У остальных еретиков всегда был выбор: быстрая смерть в огне (тогда еще быстрая - сожжение на сырых дровах христиане придумают позже) или галеры. Ссылка на галеры фактически являлась той же смертной казнью, только отложенной - большинство приговоренных к пожизненной каторге не доживало даже до окончания второго года заключения.

0

95

Границы красоты

На пороге библиотеки возникла женщина.
- Это просто возмутительно! - сообщила Ева неприятным голосом.
- Что уже не так? - Бог обернулся и посмотрел на женщину с добродушной усмешкой.
- А что так? Вот, например, это. Это что такое? - Ева указала на свою грудь, - И как называется?
- Совсем скоро это станут называть "холмами неги", - пожал плечами Бог, - Я назвал просто - "грудь"
- Совсем скоро это будут называть диатезом! - сообщила Ева, - Почему такие маленькие?! Куда я с этим?
- Эээ... - Бог развел руками, - Почему маленькие? Выделяются. Выступают.
- Выглядывают! - отрезала женщина, - А должны выдаваться!
- Хорошо, хорошо! - Бог примирительно поднял руки, - Иди сюда, исправлю.

Он прошёл в мастерскую, взял с рабочего стола два куска глины и стал разминать их.
- Ну как? - спросил он, любуясь на свою работу.

Ева посмотрела на свою заметно увеличившуюся грудь.
- Лучше. Так и будет стоять? Хорошо. Теперь вид сзади. Это нормально, да?
- Сзади грудь не видна, - озадачился Бог, - Сделать так, чтобы была видна?
- Сделать так, чтобы сзади соответствовало! - возмущенно ответила женщина, - Куда это годится, а?! Почему оно плоское?
- Ах, ты о "полусферах услады", - понял Бог, - Рабочее название - "попа". Как же плоское? Вполне выпуклое, мне кажется.
- Я не желаю "вполне"! - резко сообщила Ева, - Желаю максимальной выпуклости при максимальной стройности. И чтобы высокое! И крепенькое!
- Ясно, - Бог взял еще два куска глины и стал смешивать их с полимерами, - Сейчас сделаем.

Женщина скрупулёзно ощупала новые формы тыла, заглянула слева, потом справа и, напоследок, звонко шлёпнула себя ладонями по ягодицам. Довольно улыбнулась, потом тряхнула головой, словно вспомнив что-то неприятное.
- Теперь сюда смотрим, - Ева повернулась к Богу спиной и резко наклонилась, - Что видим?
- Срам видим! - Бог отвернулся и демонстративно передернул плечами, - Тьфу!
- Ах ты ж какие мы впечатлительные! - завизжала Ева, - А чьих рук дело этот срам, спрашивается? Почему темнее? Требую ровного цвета!
- Послушай, неблагодарная! - Бог гневно повернулся к женщине, - Там темнее, потому что в глину добавлен коллаген для эластичности. Или тебе хочется, чтобы после недели использования треснуло и разлетелось в дребезги?
- Я хочу красоты и эстетического совершенства, - безаппеляционно заявила Ева.

Бог вздохнул и принялся делать руками магические пасы, морщась и искоса поглядывая на место приложения волшебства.
- Ну? Ты довольна? - он отряхнул руки.

Ева придирчиво осмотрела себя в зеркальце, выворачивая голову и изгибаясь.
- Почти самое то, - вынесла она вердикт, - Губы.
- Что - губы? - осведомился Бог, - "Врата страсти"? Там-то что тебе не будь здоров?
- Там пока всё будь здоров, тьфу-тьфу-тьфу. А вот верхние.. не знаю правильного термина... рабочее название - "рот". Он у меня как у твоей змеюки, - ответила женщина, - Губы никуда не годятся. Исправляй. Добавь объёму и выразительности.
- Сколько угодно! - Бог снова потянулся за глиной, - Слушай, женщина... А Адам как относится к твоим выкрутасам?
- Адам будет в восторге, - решительно сообщила Ева, - Да вот и он, к слову о глине. Как тебе, милый?
- Ой, батюшки! - Адам испуганно спрятался за Бога и оттуда разглядывал Еву выпученными глазами, - Кто это?! Смутно похожа на...
- Мечту? - ухмыльнулся Бог
- Эротическую мечту? - игриво заморгала Ева
- Кошмарную эротическую мечту? - предложил змей.
- Перекачанную велосипедную шину! - решился Адам, - С грыжами! Причем сразу во всех местах.

Бог нехорошо прищурился.
- Так... Откуда знаешь про велосипед? Быстро отвечай! В глаза мне смотри! Велосипед изобретут только через пять тысяч лет! Ты не должен этого знать!
- Про силикон я тоже не должен знать ближайшие пять тысяч лет, - заныл Адам, - А страдать от его изобретения начал уже прямо сейчас!
- А про силикон откуда?! - ахнул Бог
- Твои лабораторные читал. Пока Ева листала проекты хентай-комиксов.
- Змей? - Бог сурово посмотрел на Хранителя, - Как они попали в мой кабинет? А ты куда смотрел?
Змей виновато прикусил кончик хвоста.
- Я с этим размножаться отказываюсь! - вдруг громко заявил Адам, - У меня хрупкий вестибулярный аппарат и легко ранимое эстетическое восприятие!
- Да на твоё место херувимов всяких набежит тьма, только свистни, - подбоченилась Ева, - На такой плод любой роток разинет!
- Ещё один эстет, - поворчал Бог, переводя взгляд с побледневшего Адама на раскрасневшуюся Еву.
- Змей, яблоко! Быстро! - шепнул Бог.

В стерильном райском воздухе быстро распространился густой яблочный аромат. Ева замерла, осторожно принюхиваясь. Адам, наоборот, задрожал, жадно вдыхая новый запах. Его глаза опустели и заблестели, а рот непроизвольно открылся. По подбородку потекла тонкая струйка слюны.
- Ухтыыыыы! - сообщил он, уставившись на Еву и медленно надвигаясь на нее, - Огооооо! Нега! Услада! Страсть! Хочуууу!
- В каком смысле? - спросила Ева и испуганно попятилась, - И что за идиотское выражение морды?
- В том смысле, что наш кролик возжелал вкусить все запретные плоды сразу, - ехидно внес ясность Бог, - Женская красота - лучшее средство борьбы с мужским умом. А мужской ум - лучшее средство борьбы с природой. А природа - лучшее средство борьбы с женской красотой. Дальше мысль развивать?

Ева взвизгнула, резко развернулась и стремглав бросилась вон из райского сада. Адам рванул за ней, хлопая себя руками по бедрам, возбужденно подпрыгивая и издавая громкие нечленораздельные комплименты.
- То-то же! - Бог довольно смотрел вслед убегающим, - Ишь ты, эстеты г... глиняные!
- Чем это ты их угостил, Всемогущество? - осторожно поинтересовался змей.
- Экспериментальное средство для освежения райского воздуха, - хмыкнул Бог, - Уже скоро их станут называть феромонами. Очень серьезно влияет на границы восприятия красоты. Практически... стирает.
- Красоту? - уточнил змей.
- Границы, - подмигнул ему Бог.

На следующий день на пороге библиотеки возник Адам.
- Ммм... не осталось ли еще немножечко глины? - краснея спросил он.
- Начались хождения, - недовольно прошелестел из угла змей...

http://s42.radikal.ru/i096/0809/33/1775926f2f42.gif

0

96

Современный менеджер

В московском филиале голландской компании была проблема - филиал плохо работал. Сотрудники страдали фигнёй в соцсетях и жили от зарплаты до зарплаты. Голландскому начальству это надоело, и оно нагрянуло в Москву с проверкой. По итогам проверки сделали заключение:
- Вы, русский, отличные люди. Но вы не умеете жить двадцать первый век! У вас в голове застрял совок. Поэтому у вас очень низкий производительность труда! Вам нужен современный менеджер.

Через неделю прежний директор, тихий алкоголик, был уволен, а на его место пришла Лиана Петровна - высоченная, стриженная налысо лесбиянка с командным голосом и повадками поручика Ржевского. Такого директора не видел никто, никогда! Весь офис встал на дыбы.

Первым делом Лиана Петровна перевезла контору из тихого центра на запад Москвы - чтобы окна глядели на небоскрёбы Москва-Сити.
- Смотреть на двухэтажные развалюхи нельзя! Это вредно! Вы продаёте товар, Вы общаетесь с клиентами, Вы должны быть всегда нацелены на успех! Поэтому наш символ - небоскрёб! Когда я смотрю на него, мои глаза делаются стальными, я заряжаюсь энергией мегаполиса, я хочу делать деньги! - заявила Лиана Петровна.

На следующий день директриса заметила, как один из работников хихикает, зайдя в Интернет.
- Что читаешь, Сидоров?! - делая ударения на каждом слове, спросила она.
- Мммм... Ничего, Лиана Петровна...
- Правду говори, правду!
- Анекдоты, - упавшим голосом признался Сидоров.
- Анекдоты! Прекрасно! Ха-ха! Я люблю анекдоты! С этой минуты ты, Сидоров, рассказывай остальным по анекдоту в полчаса - с выражением, с расстановкой, чтобы было смешно! Ты ведь общаешься с клиентами - ты должен уметь красиво говорить! Лучшей тренировки, чем анекдот, не бывает! Сегодня балагуришь ты, завтра тебя сменит другой. Начинай, я послушаю!
- Так точно, Лиана Петровна!..

Через два дня бухгалтер Хромочкина украдкой кушала на рабочем месте торт. Внезапно без стука вошла Лиана Петровна. Хромочкина так и застыла с куском торта, поднесённым ко рту.
- Хромочкина! Хватит жрать! У тебя поджелудочная и целлюлита на ляжках шесть кило!
- У?.. - пискнула Хромочкина.
- А хочешь такое тело?! - спросила директриса, рывком подняв блузку и показав идеальный прокачанный торс. - Ни жиринки, все мышцы видны! Хочешь?
- Угу, - пискнула Хромочкина.
- Встала и сделала двадцать приседаний! Сейчас же! Или расчёт в зубы.
- Ой, мамочки, - пискнула Хромочкина и начала приседать, обливаясь потом.

Лиана Петровна досчитала до двадцати, а потом сказала:
- Молодец! Теперь возьми торт и снеси его нашему курьеру. Мальчишка и так худосочный, а тут ещё бегает. Ему нужнее!
Выпалив эту тираду, директриса круто повернулась на каблуках и вышла.

А ещё спустя день секретарша Попугаева чуть не сошла с ума, подойдя к двери директорского кабинета в обеденный перерыв. Ей послышалось мерное "раз-два", "раз-два", доносящееся оттуда. Заглянув в щёлку, Попугаева увидела картину - директриса, мускулистая и жилистая как бодибилдер, поднимала гантели. Она была раздета до пояса...

Через полгода несколько сотрудников выехали за город, чтобы поздравить Лиану Петровну с днём рождения. Был февраль, воскресенье, ясное и морозное утро. Сидоров, с дорогими часами, помолодевший на десять лет, травил в салоне авто шутки. Хромочкина, с отличной фигурой, рассматривала в зеркальце свою новую причёску. Попугаева писала sms-ку своему новому бойфренду - шикарному парню, которого она закадрила прямо на улице - ещё недавно на такой поступок у неё не хватило бы смелости.

- А где же наш начальник? Никак дрыхнет? - хохотнул Сидоров, безуспешно позвонив в дверь дома.
- В такой-то день? Не верю, - возразила Хромочкина. - Да вон она!

На дальнем конце дорожки показалась бегущая Лиана Петровна - в одном спортивном костюме, несмотря на мороз. В руке она держала пакет.
- О, хорошие мои! Доброе утро! Спасибо, спасибо. И вас всех тоже поздравляю. Вот, держите - каждому по персику. После тренировки хорошо персики есть. Я, как видите, и в магазин успела забежать.
- Как же вы бегаете в такой мороз, Лиана Петровна?
- Ха-ха, мороз! Минус двенадцать. Зато щёчки румяные, дышится легко, снежок похрустывает - красота! Сегодня, правда, поблажку себе сделала - не пять, а четыре километра пробежала. Ну, пойдёмте в дом, а то вы уж посинели...

Выходя из дома вечером, Сидоров щёлкнул пальцами:
- Эврика! Я всё думал, кого она мне напоминает? А теперь понял - Петра Первого!
- Скажешь тоже.
- А что? Настоящий русский характер - раз! На голландской закваске - два! Сделала из нас Европу - три! Для полного сходства не хватает только усов. Надо ей сказать, чтоб перестала их выщипывать! - сказал Сидоров и радостно расхохотался.

0

97

Исчезнувшие звуки
   
Эта книга могла называться "Каталог исчезнувших звуков". В нее вошло бы краткое, но красочное описание звуков, которые ушли (уходят) из нашей повседневной жизни, но еще не исчезли (но могут) из нашей активной памяти. Что может быть надежнее звука, спросите вы? Вот запах... Вот вкус... Отвечаю: и запах и вкус лишь набор молекул, игра элементов, экзамен для любителей Пруста. Другое дело - звук. Он уходит из нашей жизни вместе с первоисточником и больше не возвращается. Так что давайте вспомним ушедшее и уходящее - если наша память нас еще не подводит. Итак...

- Суставный треск печатной машинки - это в первую очередь.
- Утробное щелканье пятака, когда он проваливается в щель турникета.
- Щедрый перезвон монет в лотке автомата для размена мелочи - сумма не меняется, но зато масса, масса!
- Чихающий автомат с газировкой, буря в стакане. "А почему так мало сиропа?!!"
- Тугие щелчки тумблера на телевизоре "Темп".
- Сюда же его, ч/б телевизора, нагревательное жужжание: от "вкл" до картинки.
- Треск "горбатого" "Запорожца".
- Реактивный, с перестуком, гул стиральной машины "Рига". "Где мои джинсы?" - "Я их постирала". Трагедия в стиле рок.
- Застенчивое бульканье белого портвейна "Агдам", если пить его из горлышка, не вынимая при этом бутылку из внутреннего кармана пальто и не слишком запрокидывая голову, чтобы не привлекать внимания буфетчицы за стойкой в кафе "Елочка", где распитие спиртных напитков категорически запрещено.
- Фатальный шелест ракорда на магнитофоне "Маяк-205" - "Не хватило!" - и не менее фатальное чавканье пленки, которую "зажевало".
- Шум и ярость советских "глушилок" на КВ в субботу вечером.
- Двойной пружинистый щелчок проигрывателя "Минск": лапка вверх, конец пластинки.
- Ее же, пластинки, потрескивание, если протирать бархоткой.
- Визгливый скрип дощатого кресла в кинотеатре: "Человек-невидимка", "на восемь", первый ряд, 11-е место, семечки в кармане.
- Дружная пальба настоящих оловянных солдатиков в картонной коробке, если ее потрясти.
- Сухие уколы пера, когда оно тычется в пустую почтовую чернильницу.
- Веселый хлопок лампочки при точном попадании в нее из рогатки - и осколки, осколки, осколки... Ангельская музыка!
- Стеснительные толчки ключа, когда его засовывают под войлочный коврик.
- Демократичный шлепок тонкой резинки на сатиновых трусах.
- Фыркающий шлепок толстой "бинтовухи".
- Нежное "ах", когда снимаешь фольгу с поллитровки кефира.
- Тихое ночное шарканье отклеивающихся обоев.
- Дребезг школьного звонка, переходящий в хрип.
- Грохот крышки от парты.
- Шелковый шелест красного галстука, если завязывать его под накрахмаленный воротник.

Да что там говорить - ведь это и твой собственный голос, когда на сцене актового зала ты начинаешь, неловко закинув руку: "Я, такой-то, такой-то, перед лицом своих товарищей торжественно клянусь преданно любить и уважать..." Кого - любить? Что уважать? Где вы, товарищи, перед лицом которых я? Кто ж теперь вспомнит. Но звук, звук...

0

98

Плохой рекламы не бывает

- Бля! Ублюдки! Суки! Уволю всех! - главврач Попенко бегал по клинике и размахивал газетой, - Засранцы! Дебилы! Иванькова ко мне в кабинет срочно! Жопу порву!

Зная крутой нрав главврача, сотрудники клиники прятались по своим кабинетам и принимались делать вид, что работают. Коридоры, и без того не слишком людные, стали похожи на бескрайнюю аравийскую пустыню, где обжигающим ветром гулял гнев начальника.

- Иванькова срочно к шефу! - протрещала администратор на ресепшне и спряталясь за стойку.
Тишина. Все мысленно сочувствуют Иванькову, руководителю отдела маркетинга поликлиники. А его нет. Еще не пришел на работу. Наконец, маркетолог появляется на работе. Вид, мягко говоря, потрепанный. Вчера пил. Много пил.

Он сразу замечает необычные взгляды и руки, предлагающие вазелин. Не обращает на это внимания. Мало ли что придет в голову этим дурным людям? Он - гений креатива!
- Вам к шефу! - пикнула из-под стойки ресепшна администратор.
В мутном взгляде Иванькова мелькнула искра удивления: «Стойка разговаривает!», он свалил это на похмельную галлюцинацию. Тем не менее, он и так собирался к главному.

Попенко был похож на разъяренного быка.
Глаза налиты кровью, из ноздрей пар.
Перед ним лежала все та же газета с рекламными объявлениями.
Иваньков осторожно заглянул в кабинет.
- Аааа!!!! - злорадно заржал главврач, - Явился! Ну садись!

По специфическому запаху Иваньков понял, что шеф с утра уже накатил.
Он сел, вращая глазами и пытаясь понять причину попенковского буйства.
- Смотри! - тнул шеф газету. - Ну что? Добухались?!
А в газете на первой странице на полполосы светилось рекламное объявление клиники.

«Дорогие пациенты! Мы рады видеть вас в самой зачуханной и ободранной поликлинике Москвы. Только у нас - отечественное стоматологическое оборудование и материалы, почти не просроченные. Врачи-гастарбайтеры из Средней Азии без дипломов. Здесь вы получите высококачественную стоматологическую помощь без лишних переплат и затрат. Мы тридцать лет на стоматологическом рынке и за это время в нашей клинике ничего не изменилось. Осталась только старая добрая отечественная стоматология! Милости просим!»

И ниже - портрет главного врача в национальной русской рубахе с бутылкой водки «Беленькая» в обнимку. И подпись: Ваш главврач Попенко К.П.

- Прочитал? Скажи мне, как такая хрень могла появиться в газете? - главврач потянул руки к иваньковской шее с явным намерением удушить его.
- Ну как... Вы же это... сами одобрили... - Иваньков начал маневр ухода от рук шефа, - Вот, даже сфотографировались для рекламы!
- Иваньков, ты совсем мудак, а? Нахрена ты ко мне на корпоративе полез со своими документами? Ну и не мог я такой текст подписать! Не мог! Не помню!
- Ну, вроде сначала был нормальный текст, - маркетолог потер потный лоб, - Но вы сказали, что креатив - гавно и заставили сейчас же переписать!
- Бля!
- Ну, я и переписал, в нескольких вариантах. Дал вам на прочтение и утверждение. А вы... вы...
- Что я?
- Вы взяли, почиркали текст, вписали свои слова и закричали на меня: «Нефиг народ обманывать!». Ну и сказали, чтобы я отнес в редакцию этот вариант и вас больше не беспокоил... Я и сделал все, как вы просили...

Главный врач подошел к секретеру, достал из него бутылку виски. Поискал глазами подходящую тару и, не найдя ее, он смачно сморкнулся, приложился к бутылке и сделал несколько больших глотков. С упорством ерша в жопе, к нему возвращалась память. И разум.
- Ох, Иваньков, Иваньков... что теперь будет! Ведь на эту рекламу только идиоты и дураки пойдут. Что теперь делать?

Тем временем, маркетолог напряг весь свой креативный мозг, чтобы хоть как-то выпутаться из сложившейся ситуации.
- Шеф, ну ведь это же хорошо!
Попенко внимательно посмотрел на своего сотрудника. Наступило молчание.
- Иваньков, ты дебил?
- Вовсе нет, шеф. Ну смотрите сами: у нас в России дураков и идиотов всегда хватало, верно? Есть даже соответствующие пословицы на этот счет.
- К чему ты клонишь? - главный нахмурился.
- А вот к чему! Если дураков больше, чем нормальных людей - следовательно, все дураки и идиоты теперь будут наши! Мало того, что мы привлечем кучу новых пациентов, так нам еще и должны будут дать орден! И налоговые льготы!
- Какие льготы? Какой орден? О чем ты говоришь? - Попенко схватился за голову.
- Орден «За Заслуги перед Отечеством»! За избавление страны от дураков! - Иваньков гордо мотнул своей шевелюрой, - Теперь все они будут кучковаться в одном месте. У нас!

Гений креатива радостно почесал руки. Воистину, рекламщики - неисправимые оптимисты!
Попенко грустно посмотрел на почти пустого «джека».
Что ж, некого винить, кроме себя. Эх, пропади все пропадом!
Он протянул бутылку Иванькову:
- Пить будешь?
- ...

Рекламу заметили.
И, как ни странно, Иваньков оказался прав - пациентов стало больше.
И какие это были пациенты!
Мечта любой клиники!

«Я знаю, какие накрутки делают некоторые стоматологи за интерьер, плазменную панель и чай. Я плохо вижу и не люблю чай, поэтому мне наплевать на все эти интерьеры. И я очень обрадовался, когда прочитал вашу рекламу. Петр Семенович, 67 лет».

«Скажите, а у вас правда только советские материалы? А просроченные есть? Просто мне надо очень дешево. Вам их все равно выкидывать, поэтому может быть поставите мне пломбу, а? Евгения, 19 лет».

«Я считаю, что все дипломы в нашей стране - купленные, поэтому когда сказали, что ваших докторов диплома нет, я подумала: «Наконец-то, честные люди!» - и пошла в вашу поликлинику. Анна, 32 года».

«О, это так прелестно! Обожаю тематические заведения, это так стильненько, так гламурненько. Но вы со своей советской стоматологией переплюнули всех! Какой антураж, какая экспрессия! Браво! Эммануил, 25 лет».

«Вокруг все врут, и реклама тоже всегда врет. Вы оказались единственными, кто сказал правду. Спасибо вам! Ваш пациент доктор Хаус».

«Всегда приятно оказаться вновь в Советском Союзе и вспомнить замечательную почти бесплатную советскую стоматологию. Владимир Анпилов, 56 лет».

«Ощенма обарадовалися када увидил сваих зимлящков. Асобена Махмуды. Сипасипа! Нажип Мерсей-оглы, 20 леть».

Плохой рекламы не бывает!

0

99

«Греческий бунт»

По мнению  членов ЦК ВКП(б), Казахстан был наиболее «перспективным» в части расселения  ссыльных и спецпереселенцев.  В 1930 году первая в СССР  кулацкая ссылка была в Казахстан  кубанских греков (6765 человек), а уже первого января  1932 года на учете в спецкомендатурах  реcпублики  состояло 180015 человек.

Потом  была массовая  депортация греков  с Кубани в 1942-ом, из  Крыма в 1944-ом, из Грузии в 1949-ом  году. В этот год Южный Казахстан принял 24882  эллина (5512 семей), больше, чем другие области Казахской ССР.  В постановлении ГКО указывалось, что их «целесообразно выслать из приморских районов...»

Архивы сохранили документы, как в 1949 году  происходила  высылка греков из Абхазии (входила в состав  Грузинской ССР). За считанные часы  сотрудники  НКВД  сформировали   эшелон № 97122, куда  насильно загрузили несколько тысяч  греков, разрешив им взять с собой только самое необходимое.  В 90-е годы  в одном из журналов читала  потрясающий роман  греческого автора «Стук в дверь», который в те годы был откровением для многих, потому что в нем   открыто рассказывалось о том, как  происходила  депортация невинных людей, что им пришлось пережить на пути к месту  высылки.

Эшелон № 97112  должен был высадить депортированных  на станциях Чимкент и Састюбе — и об этом знали обитатели вагонов. Но  обе станции не готовы были  одновременно принять несколько тысяч человек, поэтому решено было выгрузить всех на станции Туркестан, чтобы потом отвезти на рудник «Миргалимсай».  Но в Туркестане греки отказались выходить из вагонов, требуя, чтобы  поезд пошел  дальше, в Чимкент.

- Старики мне рассказывали  об этом драматическом  эпизоде, - говорит  Дмитрий Каракозиди,  председатель  греческого этнокультурного  центра Кентау. - После цветущей Абхазии  предстояло  выселение прямо в степи, что  вызывало у людей шок.  Даже понимая, что бунт бессмысленен, греки хотели показать, что они - не скот, что  имеют право на свободу.

Поскольку  у начальника эшелона майора Осипова в Туркестане не было оперативной связи с начальством, он решился переиграть ситуацию и направить  эшелон на станцию Бадам, чтобы оттуда людей развезти по колхозам Арысского района. Но и в Бадаме  все повторилось: депортированные не открывали вагоны, а 28 конвоиров на весь эшелон  не могли  ничего с этим поделать. Однако в Бадаме Осипову удается связаться с начальством, и ему присылают  на подмогу опергруппу из 40 человек и  85 солдат и  сержантов 74-ой дивизии конвойных войск  МВД.  С бунтовщиками начались переговоры. Измученные люди, среди  них было немало стариков, детей, женщин, вынуждены были открыть  вагоны.

Чтобы  избежать продолжения бунта, выгружали людей повагонно: сначала  из одного, потом из другого... Однако семерым грекам  удалось бежать, но недалеко. Вскоре они были  задержаны.

Всю ответственность за бунт возложили на майора Осипова.

«Конвой службу несет плохо, дисциплина среди выселенцев отсутствует, выселенцы большими группами уходят из вагонов куда им угодно, без каких-либо наблюдений со стороны конвоя, - докладывал в Москву начальник  ГУЛАГа  МВД КазССР И. Долгих. -  Заместитель начальника  эшелона по оперативной части капитан Савельев агентуры среди выселенцев  не имел, поэтому об их настроении  и организации волынки не знал».

В это время с обитателями другого эшелона № 97143, направленного в Южный Казахстан,  происходили похожие события.

В 1949 году грекам Абхазии было  предложено «добровольное» переселение колхозами в  разные  регионы СССР.  Но и в этом  было  насилие по отношению к людям, которые  веками жили  на Черноморском побережье. Но куда им было деваться? Либо спецпереселение, либо принудительная  депортация. Хотя разница между ними  была   относительная.  Три колхоза  Сухумского района  «Красная Армия»,  «Красный садовод» и имени  Маленкова  переселяли в Пахтааральский район.  Старшему по эшелону, парторгу  колхоза «Красная Армия»  Харлампию  Мистакопуло было выдано Сухумским горсоветом  удостоверение, в котором сказано, что выселенцы добровольно едут в Пахтааральский район. Однако эшелон № 97143 тоже завезли не туда, куда обещали, а  в Кызылординскую область.  Переселенцы не стали закрывать вагоны, а вышли из них, начали забрасывать конвоиров, которых  было всего лишь 26 человек,  камнями. Х. Мистакопуло пытался вести переговоры  с начальником эшелона, показывая удостоверение, но его никто не хотел слушать. Силы были не равны.  Тем не менее  многочасовое  противостояние закончилось тем, что  эшелон под нажимом бунтовщиков двинулся в  сторону Арыси. На этой станции в поезд села оперативная группа, которая занялась переписью переселенцев. Решено  было эшелону  идти в Чимкент, где греков уже ждали. Была ночь,  на перроне  стояли столы, на которых - «летучие мыши», освещающие лица прибывших. Грекам сообщили, что все они, включая греческоподданных,  выселены в Южный Казахстан навечно. Среди приехавших началось волнение. Но  вдоль перрона  стояли вооруженные люди, спорить с ними было бесполезно.  Тем не менее  паспорта отдали не все: из 15897  были отобраны  на основании Указа о выселении   у 11435.

В 1949 году 164 «добровольца» (46 семей) попали-таки на юг области: 67 человек в Ильичевку,  23 расселили по колхозам Пахтааральского района,  74 — Кировского. Немало  детей  греков-«добровольцев» стали известными людьми. На пространстве СНГ — это  выпускники Ильичевской средней школы Фотис Мавриди, почетный  ветеран морской авиации,  писатель, и Христо Тахчиди, ученик  знаменитого офтальмолога С. Федорова. После  гибели учителя  он  заменил его на посту генерального директора  МНТК «Микрохирургия глаза». Среди потомков  «добровольцев» были  хлопкоробы, виноградари,  награжденные  орденами Ленина,  Дружбы народов.

Но «греческий бунт», так в официальных документах называлась волынка переселенцев,  продолжался. Летом 1949 года около ста греков, расселенных в колхозах Шаульдерского  района, собрались  на станции Тимур, чтобы выразить свой протест против насильного удерживания их в местах расселения, прикрепления к спецкомендатуре, в которой необходимо было отмечаться. Комендант уговаривал их разъехаться по домам: «Ребята, не дурите. Знаете, что вам  за это  будет?» Оперативная группа, прибывшая вскоре,  вернула  бунтовщиков в колхозы.

-Что может быть слаще, чем воля? И ее лишили свободолюбивых греков, - говорит Дмитрий Каракозиди, в детском возрасте  вывезенный  из Гудауты (Абхазия).

После смерти Сталина в марте 1953 года  депортированные получили некоторое  послабление. Им уже не надо было  отмечаться в комендатуре — делать это ежедневно  было  унизительно.  К этому времени в  Казахстане проживало  30180 греков, из них 20285 — греческоподданных. В ЮКО цифры  соответственно такие: 16182 и 13651.

В 1956 году с греков «сняли»  ненавистную спецкомендатуру. В облархиве в  одном из фондов хранятся документы, свидетельствующие о том, что с 1956 года греки пытались  добиться компенсации за утраченное ими из-за высылки имущество. Кто-то, находясь вдали от родного дома, это сделал. Для этого  оформлялись  многочисленные справки, подшивались к делу  свидетельские  показания, что имущество действительно было...  Но выплаты были копеечные. Кто-то вернулся на Кубань, в Крым, Грузию. Их дома не стояли все годы пустыми, в них жили другие люди, не желающие покидать жилища,  предоставленные им местной властью.

До сих пор в Южном Казахстане проживают греки, которые вносят в многообразную культуру  Казахстана много яркого и интересного.

Л. КОВАЛЕВА

0

100

А вдруг завтра война?

Андрей проснулся от того, что Катя трясла его среди ночи с непонятно откуда взявшейся силой в слабеньких ручках.

- Вставай, милый, вставай!
- Что случилось, три часа ночи, с дуба рухнула? – Андрей откровенно злился. Какая может быть причина, что бы разбудить его среди ночи, да еще таким садистским методом.
- Телевизор, посмотри, это крутят, не переставая уже два часа подряд.
- Что крутят? Венца выгнали из дома два наконец-то?

Андрей с пульта прибавил громкость телевизора. Необычным показалось то, что с чрезвычайно серьезными лицами, сдвинув брови, на фоне российского флага Путин с Медведевым пытались донести до него какую-то мысль. Вдвоем эта парочка появляется обычно в прайм-тайм и в период весенне-осенних обострений у шизофреников. Сейчас, что им интересно понадобилось. Может, разрешили браки между однополыми парами, и они спешат порадовать электорат своим узаконенным союзом?

Дмитрий Анатольевич, с выражением вселенской обреченности, с интонациями, которым позавидовал бы Левитан, зачитывал по бумажке: «Дорогие соотечественники! Сегодня в двенадцать часов ночи по московскому времени, вероломно, без объявления войны, передовые, ударные войсковые части соединенных штатов америки, вторглись на территорию России. Пограничные войска, охраняющие рубежи нашей родины не смогли сдержать многократно превосходящие силы противника. В связи с драматическими событиями, я, как верховный главнокомандующий объявляю всеобщую мобилизацию. Всем мужчинам, способным держать в руках оружие, прибыть на мобильные сборные пункты и военкоматы в своих городах, для прохождения воинской службы в военное время».

- Это что шутка? – Андрей посмотрел на Катю. Она смотрела на него огромными, полными слез глазами и беззвучно рыдала.

Андрей вскочил, стремительно оделся. Мысли неслись, обгоняя друг друга: «Как так-то? Двадцать первый век. Ядерное оружие, паритет, какая война? Какая мобилизация?».

За окном протяжно завыла сирена, рассеивая последние сомнения. Андрей выскочил на улицу, прыгнул в машину, детище баварского моторного завода жалобно взвизгнуло покрышками, унося его в сторону района, где живет дед.

Андрей помнит, что у деда с войны остался трофейный Вальтер с полным боекомплектом, сейчас он ему очень пригодится.

Дверь оказалась открытой. Дед сидит в кресле, в военной форме, в которой еще вышагивал по Красной площади в парад победы в сорок пятом. На коленях заряженный Вальтер.
- Ну что внучок, вот и твое время пришло послужить родине.
- Дед, какой родине? Той родины, за которую ты воевал, уже давно нет. Русские березки отдали под вырубку китайцам, вместо вождя два латентных пидораса, вместо этой, как ее.. отступать некуда, позади Москва – аул. Дай пистолет, мне нужно вывезти куда-нибудь подальше Катю, кроме нее я больше никого защищать не собираюсь!
- И я в сорок первом ушел на фронт, потому что никого кроме твоей бабушки защищать не собирался, и вся моя рота воевала за своих Кать. – Дед загадочно улыбнулся.

Что-то щелкнуло в голове, Андрей понял, о чем говорит дед. Сунул за ремень дедовский Вальтер, крепко обнялся со стариком.
- Дед, где военкомат?
- Через два дома отсюда, пойдем, я туда же собираюсь.

Андрей подскочил в холодном поту. Рядом сладко сопит в подушку Катя. Остатки сна еще плывут перед глазами смазанными картинками. Тихонечко потряс Катю за плечо.
- Кать, Каааать.
- Ты чего? – Она попробовала перевернуться на другой бок. – На работу же рано, чего будишь меня?
- Поцеловать тебя хочу.
- А утром этого нельзя сделать?
- А вдруг завтра война.

0

101

Аполлинария

Нелегкая судьба человека с нарушениями сна занесла меня под утро в Андижан, жемчужину Средней Азии. Точнее, в андижанский хлебный магазин, в который я хаживал еще в детстве. Купив буханку и идя домой, я, бывало, откусывал помаленьку от одного из краев. «Опять летучие мыши напали?» – грозно спрашивал отец.

И вот я снова здесь. Как всегда, на магазине написано Non-Хлеб, второе n покосилось, вися на проводке и еще мерцая, как недоотрезанная голова.
В поисках буханки я шебуршу по гулким, шероховатым от крошек полкам. Приметил надпись: «Руками не трогать». Но трогать более нечем. Вилка отсутствует. Вилка встречается только в Москве. Посреди скудного набора жестких буханок никак не получается уцепить хоть одну. «Не завезли еще!» – объяснила продавщица с неожиданной участливостью. И поправила челку. И шепотом добавила: «Минут через пятнадцать придет машина». «Пятнадцати минут у меня нет», – ответил я. И тоже шепотом добавил: «Никогда ведь не знаешь, сколько тебе осталось». «Уж это точно», – сказала она, хотя могла и промолчать.

Из двух ближних буханок я выбрал меньшую и протянул деньги. Деньгами оказалась купюра в 700 долларов. «Ой», – сказала продащица. «Штой?» – шутливо спросил я. «Где ж я сдачи возьму? Такие деньги... ». «С мелочью сейчас тяжело», – согласился я таким голосом, словно это общая беда. «Вам нужно к Гале, к Гале Гегель, вот кто вам разменяет!», – сказала она, произнося звук между г и х.
Будь это сон, подумал я, то по пробуждении бы решил: какая убогая чушь. Вслух же сказал: «А далеко до Гали?» «Ой, да рядом, на Аллее Любви, тут же рукой подать».

Она решила меня проводить и надела красное пальто. «А не боитесь, что украдут последнюю буханку?» – спросил я. «Ненавижу эту работу, – сказала она, поправив челку, – да и в кои-то веки приличный мужчина зайдет. Вам точно к Гале. Вы скоро поймете, почему».

2

Аллея Любви оказалась за углом. Если верить табличке, ее настоящее название было Аллея Тупика. Только в Андижане могли так назвать. Только у нас. Вспомнился «Тупик коммунизма», в который я как-то уткнулся в свои семь или восемь лет, но уже тогда оценил тонкость. Многим оценившим столько и давали. Но все эти блеклые мысли умерли, когда я увидел Гегель. Немолодая, лет тридцати, женщина сидела в окошке. «Как похожа на отца», – подумал я. Продавщица довела меня почти до конца, но, услышав трубный зов хлебной машины, помчалась обратно.

Показав рукой в сторону убегающей красной спины, я сказал в окошко: «Э....». «Клавдия?» – подсказала Галя. «Да-да, я от Клавы.» «Я вас слушаю», – она тоже поправила челку. Я приблизил лицо к окошку для имитации большей важности: «Клава сказала, что у вас можно разменять любую сумму». «Ну, любую не любую, – скромно ответила Галя, – а что еще вас привело к нам?» «Да ничего не привело, только это», – я постучал пальцами по твердой буханке. «Привело, привело, – она дружелюбно улыбнулась. – Ну, рассказывайте, что там у вас наболело». «Наболела сумма, а у Клавы не было сдачи», – я протянул Гале свою купюру.

Ей, я видел это, захотелось посмотреть купюру на свет, но, еще раз взглянув на меня, она воздержалась. И тут же выложила огромный ворох советских денег. Я зачем-то поблагодарил, взял эту гору (хотя уже понимал абсурдность, если не обман) и пошел было в сторону. Но не пройдя и двух шагов, обругал себя за щепетильность, которая может дорого стоить. Бывают ситуации, когда можно сохранить лицо, но враг на это и рассчитывает. Ты сохраняешь лицо и тебе бьют морду. Или сохранил позу, но потерял жизнь. Или тебя просто объегорили, в грош не ставя твое лицо, а лишь используя твои чугунные понятия о чести. А быть обманутым хуже, чем убитым.

Я вернулся к окошку. «Госпожа Гегель! Галя. Галина Фридриховна. Признаться, мне совершенно не нужны эти синие пятерки и красные десятки, я живу... в общем я живу не здесь, а там, где я живу, ваши банкноты бессмысленны.»

«Они и здесь бессмысленны», – таинственно сказала она и вдруг улыбнулась. И улыбнулась настолько успокоительной улыбкой, что и я успокоился, и тоже улыбнулся такой же улыбкой. «Я их вручила вам в качестве сувенира, неужели вы с вашим умным лицом и хорошими манерами этого не поняли?» «Я понял, конечно, но сумма, которую я вам вручил...».
Она перебила меня загадочным взглядом, вышла из-за окошка и сказала: «Пойдемте».

3

И ввела меня в сад. Или в рай, что почти то же самое. Вдоль аллеи стояли розоватые, изысканно-искривленные дома-полурастения. Что-то между Босхом и Гауди. «Требования Госха», – подтвердила мою интуицию Гегель. И, ласково приобняв меня за голову, сказала на ушко: «Сейчас они вылетят». «Кто?» «Ну как вы думаете - кто? Те, кто сделает вас счастливым на бесконечные пять минут».

Я остановился возле фонтана-полурозы потрогать ее лепестки. Осязание принесло двойственные ощущения. Полупрозрачные, лепестки эти были похожи на гибкий мрамор. Фонтан при этом благоухал вполне подлинно.
Из жасминного здания неподалеку выпорхнула какая-то стая. Сделав круг в небе, она ринулась прямо ко мне. «Летучие обезьяны?» – крикнул я и малодушно спрятался за фонтан. Гегель расхохоталась. Меня вдруг кто-то потрепал по шевелюре. Я резко обернулся. Там стояла брюнетка, похожая на женщину из врубелевской «Сирени». За спиной у нее трепетали огромные стрекозиные крылья.
Она протянула руку: «Люся». «Амедео», – зачем-то сказал я, и она прыснула. «Тогда Лючия».

«Да знаем мы, как вас зовут», – сказала другая, и я снова обернулся, теперь уже в ее сторону. Золотоволосая с сине-серыми глазами, она смахивала на одну неизвестную даму, то ли Боттичелли, то ли Филиппо Липпи, в которую я был влюблен лет в тринадцать. Единственное отличие: у этой были пурпурные крылья и ее звали Абра Кадабра. Явная шутка. Наверное, Алена. Несмотря на осень, обе были, мягко говоря, легко одеты. То есть почти нагие.

И, наконец, они слетелись все. Все, кто мерещился в лучших грезах и полузапретных снах, все были тут. Даже юная фея в полосатых колготках по имени Аполлинария. Я думал, я давно забыл ее. Боже мой, какое невыносимое счастье. Мы кружились в хороводе, я целовал каждую, до которой только мог дотянуться, затем они меня подняли в воздух и мы понеслись, понеслись в сторону жасминного здания... В трепете крыл я расслышал, как Апполинария кричит мне: "Арысь! Арысь!" От одного лишь предвкушения я чуть не упал в обморок. Как вдруг раздался свисток. Свистела Галина Фридриховна. Феи растерянно застыли, и я таки выпал из их рук и ног. Благо, мы не успели высоко подняться.

«Время!» – крикнула Гегель, для видимости глядя на свои золотые ручные часы. «Девочки,» – строго бросила она, и мои любимицы покорно поплыли в свои жасминные окна. Одна лишь Аполлинария отчаянно приземлилась рядом со мной и как-то по-детски ко мне приникла. Я почувствовал, что она не ребенок, а лишь выглядит таковой. Я ее обнял, и она ловко вложила мне что-то в руку незаметно для Галины Фридриховны. «Аполлинария!» – резанула слух начальница. Девочка взвинченно улетела. Но не влетела в окно, как все, а взмыла в сумеречное небо и в нем растворилась. Подушечки моих пальцев еще помнили шероховатость ее колготок и даже самое полосатость.

4

«Ну-с, дорогой... - сказала Галина Фридриховна, - срок истек". «Да в чем же дело?» – просипел я. Голос мой звучал как у оскорбленного отдыхающего в Ессентуках, у которого отобрали кружку, едва он успел пригубить. «Пять минут, как и обещано»,- Галина Фридриховна поправила челку. «Но почему?!» «Пять минут в доме свиданий «Любовный Пик» стоят семьсот долларов. Счастливого пути, голубчик. Будете в Андижане, мои девочки всегда вам рады». И она довольно грубо проводила меня до ворот. Практически за шиворот.

Садясь в подъехавший поезд, я разжал кулак. На надушенном клочке бумаги было написано: "Арысь".

«Вы не слыхали случаем, что такое Арысь?» – спросил я у проводника. Он посмотрел на меня так, словно я был то ли первый, то ли последний человек в мире, который не знает Арысь. «Станция. Через два часа. Чай пить будете?»

В ночном окне я пытался раглядеть летящую Аполлинарию, воображая, как в лунном свете мелькают ее колготки. Но стекло было до такой степени замызганным, а сам я, как выяснилось, столь утомлен недавним полетом, что прилег вздремнуть. И в полудреме размышлял, будем ли мы жить здесь, в Арыси, недалеко от «Любовного Пика», или же я увезу ее к себе, где буду ревновать к каждому орангутангу с золотой цепью на шее.

Меня разбудил голос проводника: «Ура-Тюбе!» Я спросил, сколько еще до Арыси. Он посмотрел на меня тем же взглядом. «Два часа. Но в обратную сторону.»

0

102

Ужастик

Некоторое время назад в интернете проскальзывала забавная ссылка: как игрушки со звуком (вроде чебурашек и прочих крокодилов ген) начинают разговаривать в самый неподходящий момент. Я тогда, помнится, очень смеялась.

Сегодня я наконец-то купила ребенку игрушку, которую он давно выпрашивал: Винни-Пуха говорящего. У него на лапах, на ушах, хвосте, пупке и прочих интимных местах имеются кнопочки: нажимаешь на них – он чего-нибудь поёт или сообщает свои последние хотелки. Например: «а не пора ли нам подкрепиться». Ерунда, конечно, полная.

Купила. Принесла домой, изрядно повеселилась, держа его за ноги башкой вниз и слушая возмущенное «мне так не нравится!» Затем отключила ему звук, поставила медведа на обеденный стол позади себя и села перекусить перед компьютером.

Для перекуса у меня была приготовлена селедка под шубой, тут ещё кот забрался на колени, и мы с ним погрузились в полную нирвану, изучая кулинарные сайты. Сидели мы с котом, лопали селедку (я лопала, кот принюхивался), мурлыкали вполголоса, и по кухне распространялись от нас благодать и спокойствие.

Благодать закончилась неожиданно.

- Что-то я устал сидеть один, - ворчливо сказал за моей спиной покойный Леонов. – Давай поиграем.

Мы с котом синхронно дернулись и заорали. Кот вздыбил шерсть, попятился и брякнулся на пол, расцарапав мне ногу, после чего я заорала вторично, а половина салата съехала из моей тарелки на пол. Самый сочный кусок селедки приземлился в тапочку. Нервно сглатывая и с ужасом косясь на медведя, я присела на корточки и подцепила кусок вилкой.

- А не пора ли нам подкрепиться? – задумчиво добавили сверху, после чего кот торопливо покинул комнату, вздрагивая хвостом.

Теперь-то, тщательно изучив надписи на коробке, я знаю, что нажимать на кнопочку отключения нужно сильно. В противном случае чёртов медведь не отключается, а просто засыпает. И просыпается спустя пять-семь минут, чтобы привлечь к себе внимание.

Но кот явно считает, что все надписи – это отмазки для лохов вроде меня, и к медведю больше не подходит...

0

103

Пес Мишка

- Не пускай Мишку!!! Не пускай!!! Твою мать, ну что ж ты.....
Под смех мужиков, в клубах заиндевевшего воздуха, оттолкнув зазевавшегося Саньку широким плечом, в маленькое помещение ВОХР ввалился здоровый пес.
- Ну все, - ржали мужики, - для тебя, Лукьяныч, ресторан закрылся! Собирайся, "жена" пришла!
Разогнав широкой ладонью табачный дым над импровизированным "рестораном" (три бутылки водки и банка тушенки), хозяин с укоризной посмотрел на пса.
- Мишань, а Мишань? Шел бы ты домой, а? Дай с мужиками посидеть, имей совесть?
Молящие нотки в голосе Лукьяныча вызвали новый взрыв хохота.
- Ну, это... Ну посмотрим еще, кто кого на этот раз, - пробормотал Лукьяныч и занял за столом стратегически верную позицию: подальше от Мишки.

За окном мела пурга. Мужики, отсмеявшись, еще разлили по одной. Пес, положив тяжелую голову на широкие лапы, сквозь полуприкрытые глаза подсматривал за Хозяином...

Как там рассуждал Полиграф Полиграфыч, будучи еще Шариком? "Очевидно моя бабушка согрешила с водолазом"? Судя по Мишке, его бабушка согрешила со всем Балтийским флотом. И даже с кем-то из заезжих с Тихоокеанского. Мишкина мама тоже не ударила лицом в грязь и, попав с полярниками на берега моря Лаптевых, заставила выть в душевных муках на полярное сияние не один десяток аборигенских лаек.

В общем Мишка получился красавец: могуч как линкор, быстр как торпедный катер и хитер как чукотский шаман. А еще: огненно-рыжий.

Хозяина Мишка выбрал себе сам: выбравшись на свет Божий из уютного сумрака теплотрассы, по щенячьи спотыкаясь и повизгивая, он, повинуясь глубинным вывертам собачьего сознания, направился прямиком к дверям здоровяка, балагура и по совместительству - водителя пожарного "Урала" - Лукьяныча. Это была судьба.

Лукьяныч, поначалу, хотел новообретенного питомца назвать просто и незатейливо: "Бл..." после столкновения в темноте подъезда с щенком, его какашкой и диким визгом, ничего другого в голову просто не приходило. Но как-то все утряслось и Мишка стал Мишкой (все-таки лукавил немного Лукьяныч: Перестройка была в самом разгаре и непросто пса он Мишкой назвал, ох, не просто так...)

Летело время и под холодной усмешкой полярного сияния Мишка с Лукьянычем пережили многое: развал страны и уход жены, потерю работы и обретение новой, потерю смысла жизни и поиск нового. Все жизненные перипетии Мишка переносил с нордическим спокойствием и моряцкой бесшабашностью: вместе с хозяином жрал макароны, когда не было денег; придирчиво обнюхивал новых подруг Лукьяныча - дабы никакая змеюка подколодная не разрушила их уютный мирок; не теряя оптимизма, вместе с хозяином менял места работы в стремительно умирающем северном поселке.

Вот только Лукьянычу Мишкиного оптимизма не хватало: что-то в итоге в нем надломилось и все чаще и чаще смысл жизни стал находится на дне граненого стакана. Мишка вначале не понимал происходящего с хозяином, а потом начал страдать. Нет, Хозяин не уходил в запой, не забывал покормить пса, в припадке пьяной злобы не вымещал проблемы на Мишке... Он просто стал... не такой...

Логика Мишки была проста и прямолинейна, как штык от "трехлинейки": Хозяина надо спасать!

За окном мела пурга. Мужики, слегка приняв на грудь, ударились в разговоры: под бубнящий телевизор обсудили Ельцина, МММ, рост цен и знакомых баб. От баб разговор вернулся снова к Ельцину и уже готов был свернуть к росту цен, как был прерван Лукьянычем:
- Ну, твою мать... - грустно пророкотал он басом и с детской обидой заглянул под стол...

Если внешне Мишка ассоциировался с красой и мощью флота, то внутреннему его содержанию могли бы аплодировать стоя все великие полководцы истории. Мишка был гениален как Наполеон в планировании, стремителен как Брусилов в прорыве и беспощаден как Жуков в наступлении. Проникнув в помещение и прикинувшись на время ковриком, Мишка подождал, пока внимание объекта атаки рассеется и совершив обходной маневр с прорывом - аккуратно зажал кисть Хозяина своими клыками. Всё. Сидеть Лукьянычу было можно, жрать тушенку сколько угодно - пить - фигушки. Проверено.

Под смех мужиков, Лукьяныч натянул шапку, кунтуш и открыл входную дверь. Мишка озорными глазами оглядел собравшихся и показав всем хвост колечком (эх, папка-лайка) чинно удалился с понурым хозяином в кильватере.
- А ведь так и не даст он ему пить, - смеялись мужики, разливая еще по одной.
А в глазах таилась грусть... У них такого пса не было...

0

104

Разыскав в Средней Азии родных (точнее они нас разыскали), мы решили покинуть холодный Омск и отправиться на юг, в Казахстан, в неизвестную нам доселе  станцию Арысь.
    Когда, уже много лет спустя, я смотрел замечательный фильм о Тарасе Шевченко, то увидел знакомую мне, покрытую ковылем и пылью, степь, с потрескавшейся от зноя землей, служившей в фильме местом ссылки и заточения в солдатских казармах великого поэта. Облик Арыси, куда мы приехали по зову родных, ничуть не отличался от показанной на экране казахской деревни середины прошлого века. Пылевые смерчи уносили не спрятанные своевременно вещи, вплоть до парусиновых раскладушек, и покрывали серым налетом всё в комнате, несмотря на закрытые наглухо двери и никогда не открывающиеся маленькие окна. Глиняные домики выстроены так беспорядочно, что ни один почтальон не мог разыскать нужного адресата, поскольку ни названия улиц, ни номеров домов найти на них было невозможно. Дворов, как таковых, не было. Просто у дверей домика -  какой-то скарб и две-три бараньих шкуры. Глядя на этот пейзаж, казалось, будто на глазах у тебя плохо протертые очки, не то запотевшие, не то запыленные. Но если бы удалось эти воображаемые очки протереть, то ещё ярче можно было бы разглядеть дикость существования этих бедных людей в стране, о которой пели, что «другой такой не знают, где так вольно дышит человек». В Арыси советский человек тоже вольно дышал, только густой пылью.
      К семидесятилетию советской власти ходил такой анекдот. Едут в поезде через Казахстан папа с сыном.
- Посмотри, сынок, - говорит папаша, глядя в вагонное окно,
вот так выглядели казахские села до Октябрьской революции.
     Именно такими, не измененными за многие десятилетия, увидели эти села и мы.
      «Культурным центром» Арыси была станция с буфетом, медпунктом и пивным ларьком. Правда, на отшибе был ещё и клуб, куда привозили кино. По дороге на станцию был также магазин, где по карточкам мы получали продукты. И это всё, что можно было бы написать в путеводителе по Арыси для иностранных туристов, пожелавших  узнать, как мучался трудовой народ при царизме.
      Эти места были не лишены экзотики. Прожив там совсем немного, я близко познакомился со скорпионом, когда на минуту выбежал босяком, чтобы занести в дом раскладушку, на которой отдыхала моя младшая сестра. До того дня я с такой ужасной болью не встречался. Услышав мой дикий крик, соседи сразу поняли, в чем дело, и прибежали с противоядием (настойкой яда скорпиона на хлопковом масле) и, по-моему, скипидаром. Но это не помогло, во всяком случае, боль не сняло, и меня отнесли на станцию в медпункт. Но и после медицинского вмешательства и наложенного уже выше колена жгута я простонал до самого утра, а боль дошла до верхнего края ноги, до паха. Интересно, что местные жители скорпионов не боялись, потому что спали на бараньих шкурах, куда скорпион ни за что не  полезет. Бараны этих ядовитых пауков, оказывается, едят. Я после общения  с этой тварью тоже перестал её бояться и вместе с другими ребятами ловко с помощью стеклянной банки ловил весенних зеленых скорпионов и сдавал (по-моему, за трояк) в медпункт для приготовления противоядия.
     И хотя в этой забытой богом Арыси мы жили по тем временам не бедно, тем не менее, без сожаления оставили её, когда у младшей маминой сестры появилась возможность получит жилье и работу по специальности в Ташкенте.  Все это произошло благодаря усилиям тогдашнего наркома финансов Узбекистана Ниязова, который побывал на фронте с делегацией, привезшей воинам подарки от республики. Там он повстречался с мужем маминой младшей сестры и пообещал помочь тете со всей семьей перебраться в Ташкент  и устроиться на работу в театре.

0

105

Микроремонт с юмором

Попросили меня помочь с ремонтом. Точнее просверлить в стене с десяток дырок для кухонных гарнитуров всяких. А почему обратились ко мне? Да потому что у меня на данный момент находится чудо буржуазной инженерной мысли - профессиональный перфоратор Bosch (это такая большая дрель которая мало того что крутит сверло так еще и колотит им). Я этим агрегатом дырки в стенах железобетонных как сквозь масло сверлил, когда компьютерную сеть проводил. Приехал, покормили меня. Настоечкой угостили домашней. Похорошело мне так, почувствовал в себе силу великую. - показывай - говорю - где сверлить ! Подвели к стене, показали где и что. Приладил я аппаратик. Включил, подналег и в секунды загнал полностью сверло в стену: вынул его... подумал что длинновато сверло (примерно на 20 см бур стоял, забыл сменить его просто): посчитал мысленно... спросил у хозяйки сколько у них стены толщиной... уточнил что за стеной...

- Соседи - ответила она...

"Надо проверить" - подумал я. Дунул в отверстие и заглянул в него. А там и правда соседи! Ласковый карий глаз, слегка припорошенный строительной пылью, уже смотрел в дырку с той стороны...

- Закурить не будет? - раздался глухой голос из за стены...

- Запросто - ответил я...

- Ну пойдем, покурим что ли - предложил мне таинственный незнакомец из за стены...

Вышли на лестничную площадку, покурили (хотя я и не курю, но пришлось).

Как оказалось сосед обедал на кухне, когда услышал звук, напоминающий день открытых дверей в дурдоме для дятлов. Потом раздался треск, настенный шкаф вздрогнул и все затихло. Отставив в сторону недопитые 100грамм, сосед открыл дверцы шкафа... под ноги ему с тихим шелестом посыпалась манка из пробитой металлической банки. Заинтересованный таким поведением с детства знакомого пищевого продукта, сосед взялся за расследование. Практически сразу выяснилось, что занятно повела себя пластиковая бутылка с маслом и брикет с поваренной солью, а еще на задней стенке шкафчика было обнаружено прелюбопытное отверстие. С трепетом первооткрывателя сосед снял со стены шкафчик... Сперва увидев на стене аккуратное отверстие он не удивился... Он сильно удивился когда вокруг отверстия появилась трещинка и быстро увеличиваясь превратилась в вываливающийся из стены полноценный кусок цемента метр на метр.

Поддавшиеся первому желанию "удержать!!!" руки метнулись к стене... Отпущенный настенный шкафчик мгновенно оказался на ноге соседа, сказал "кря" и развалился. Озлобленный таким подлым ударом ниже пояса, сосед мощным движением вернул падающий кусок на место... Точнее он вернул на место два кусочка отдаленно напоминающие по форме руки. А большая часть продолжала падать! Полет завершился на кухонном столе, также была задета плита. Часть осколков осела в кастрюле с борющем, другая просто живописно рассеялась по кухне. При виде всего этого у соседа в прямом смысле "опустились руки"...

Полет маленьких кусочков, которые до этого были прижаты к стене оказался менее впечатляющ, но не менее эффективен...

Так что разбитый графин и блюдо довели счет до разгромного. В дырку сосед заглядывал со смешанным чувством... поэтому он стойко перенес когда его оттуда обдало облаком пыли со спиртовым привкусом и не удивился встретившись со мной взглядом. Ну а дальше вы знаете А так спокойный оказался мужик. (не знаю как бы я на такое отреагировал)

Завтра еду к нему устранять последствия катаклизма. А еще он попросил несколько дырок для полок ему просверлить

не мое...

0

106

Воспоминания Юсупова Усмана Юсуповича.
Произошло это в 1943 году, На территории нашего военного округа на станции Арысь в Казахстане взорвался склад. Как и ожидалось, срочно из Москвы прибыла военная комиссия для разбора. Неожиданностью для меня оказалось решение об аресте командующего Среднеазиатского военного округа Курбаткина П.С. Павел Семенович был выпускником курсов красных командиров в Ташкенте и имел заслуги за безупречную службу в Испании и республиках Средней Азии с довоенных времен. В 1940году ему было присвоено звание генерал-майора и в 1941 году он был назначен командующим войсками Среднеазиатского военного округа.   Я немедленно пригласил командующего и представителей тройки, прибывших для ареста в свой кабинет. Три крепких офицера, сопровождая Командующего, прибыли в здании Центрального комитета, оставив одного в приемной, двое других с Курбаткиным зашли ко мне и по военному отдав честь, вручили мне пакет. Я предложил им сесть, но почувствовал, что они не собираются этого делать. Я тоже не стал садиться, вскрыв пакет стал знакомиться с содержанием приказа. (Ниже прилагается приказ # 42 НКО СССР от16 августа 1943 г. в сокращенным виде)   "...6 июля 1943 года в окружном артиллерийском складе САВО (ст. Арысь) произошел взрыв боеприпасов, расположенных в штабелях на открытом воздухе и в хранилищах. В результате взрывов и возникшего пожара убито 4 и ранено 46 человек, уничтожено боеприпасов 414 вагонов, сгорело и разрушено ряд хранилищ, зданий, навесов и различное ценное имущество...  Все эти преступные нарушения правил хранения и сбережения боеприпасов, повлекшие за собой бессмысленную гибель людей и большого количества ценного боевого имущества, могли иметь место только в силу отсутствия повседневного и тщательного контроля за работой единственного в округе склада, а также должной требовательности со стороны соответствующих начальников, начиная с командующего войсками и члена военного совета округа.  Приказываю:   1. Виновных в преступной бездеятельности по налаживанию на складе # 42 строгого порядка, отсутствие которого повлекло за собой столь серьезные последствия: командующего войсками Среднеазиатского военного округа генерал-майора т. Курбаткина, члена военного совета Среднеазиатского военного округа генерал-майора т. Шишкина, начальника штаба округа генерал-майора т. Липатова, командующего артиллерией округа генерал-лейтенанта артиллерии т. Дереш, начальника артснабжения округа полковника артиллерийско-технической службы т. Донкова, начальника 3-го отдела УКА округа полковника артиллерийско-технической службы т. Рощупкина, начальника пожарной инспекции округа капитана административной службы т. Иончика, начальника склада 42 инженер-майора т. Воробьева, начальника пожарной охраны склада капитана административной службы т. Абродина предать суду военного трибунала, с отстранением на время следствия от занимаемых ими должностей.   2. Военной прокуратуре выявить и привлечь к ответственности и других виновников по этому делу. Следствие закончить в 10-дневный срок.  О результатах проверки и принятых мерах донести через соответствующих начальников главных и центральных управлений к I сентября с. г.  Народный комиссар обороны  Маршал Советского Союза И. СТАЛИН   После ознакомления с приказом у меня не осталось сомнения, что командующего ждёт высшая мера наказания. Меня обдало каким-то внутренним жаром и бросило в дрожь. Я схватил телефон прямой связи и стал настоятельно требовать соединить меня с товарищем Сталиным. Вскоре я услышал спокойный и знакомый голос в трубке: "Что-то случилось с тобой Усман?. "Со мной нет! То есть, да!" взволнованно и сбивчиво выпалил я. "Так да? или нет?" - Переспросил меня Иосиф Виссарионович всё в том же спокойном тоне. Я собрался с мыслями и изложил суть дела на одном дыхании о том, что нельзя арестовывать командующего нашего военного округа, генерала майора Курбаткина Павла Семёновича, активного участника гражданской войны и ликвидации басмачества в Туркестане, войны в Испании и обеспечивающего подготовки кадров в тылу для победы. На вопрос: " Ты уверен в своём саратнике?" Я чётко по военному ответил: "Так точно товарищ Сталин, Уверен и клянусь собой, партийным билетом и заверяю, что товарищ Курбаткин верный и преданный делу партии и народа коммунист!". Наступила пауза. Мы остолбенело ждали, как в гоголевской "немой сцене", пока не послышался всё тот же спокойный голос: "Усман! Политбюро осудило массовые аресты и огульные расправы, думаю, что мы и впредь не допустим нарушений социалистической законности. Успокойся! Мы примем соответствующие меры. А от себя лично, хочу поблагодарить тебя за твою решительность и смелость в защиту людей, которым ты веришь. Немногие поступают так. Я верю тебе! Если бы мы все так поступали, мы сохранили бы многие жизни". Вот так, нам удалось сохранить костяк генералитета военного округа в полном составе до полного разгрома фашистской Германии.
   
А Павел Семёнович позднее был повышен в звании генерал-лейтенанта и более десяти лет с достоинством и честью служил в рядах вновь созданного Туркестанского военного округа, был награжден орденом Ленина, четырьмя орденами Красного Знамени и другими правительственными наградами.

Отредактировано СВЕТЛЯЧОК (2013-04-20 11:53:35)

+1

107

СВЕТЛЯЧОК, большое спасибо. очень интересно.

0

108

Это сегодня можно утром позавтракать в маленьком казахстанском городке Арысь, пообедать - после самолётного путешествия - в Москве, а поужинать, сойдя с вечернего поезда, в Мичуринске. Всего за один световой день! А в том послевоенном 1949-м выпускник средней школы Юра Скрипников добирался со своей малой родины, что граничит с Узбекистаном, в  город Мичуринск паровозным ходом целых шесть суток! Правда, не скучая: перелистывал в пути захваченные из Арыси школьные учебники, справочники, методические пособия, повторял правила и теоремы. А ещё вновь и вновь просматривал популярные журналы для юных натуралистов, вполне надёжное, как он считал, подспорье для вчерашнего десятиклассника, твёрдо решившего поступать только в Мичуринский плодоовощной институт. Дед Юры в революционные годы гонял с красногвардейцами по правобережью реки Сырдарьи банды басмачей, отец в предвоенное время вместе с мамой занят был мирным трудом, воспитывали они пятерых своих сыновей, уцелели в горниле Великой Отечественной, хотя Георгий Сергеевич от звонка до звонка прошёл фронт, а Наталья Петровна одна поднимала ребят... А вот для первенца, Юры, всё свободное время пропадавшего или на пришкольном опытном участке, или в родительском саду-огороде, заветной мечтой после десятилетки был город Мичурина. Хотя и намеревался, уже получив диплом, вернуться в свой Арысь, заниматься его озеленением.
Парень знал: конкурс будет нешуточный. Так и оказалось: 12 человек на место. Да и сколько в числе поступающих пришло льготников - недавних воинов, многие из которых по-прежнему не расставались с гимнастёрками или матросской формой - все в блеске боевых наград. Но и отступать было некуда: дома родители еле сводят концы с концами, братья ещё не работают, а без профессии какое ты найдёшь себе применение в постоянно обдуваемом пыльными ветрами 30-тысячном городке? А здесь - твоя мечта, настоящий вуз, к тому же, как успели просветить старшекурсники, даже если будет "посредственно" по непрофильному предмету, "степуху" всё равно платить будут. В этом преимущество сельскохозяйственного института. Он и схватил "трояк" по сочинению. Зато знания по химии показал настолько разносторонние и не по возрасту прочные, что приёмная комиссия была единодушна: наш студент.
И он, как на крыльях, летел с огромным деревянным чемоданом -единственным отцовским наследием - занимать место в общежитии, где что ни комната, то восемь коек. Но это было уже настолько не существенно...

Отредактировано СВЕТЛЯЧОК (2013-10-12 18:09:46)

0

109

Притча. Однажды человеку приснился сон, будто он шёл по песчаному берегу вдоль моря, а рядом с ним - сам Всевышний. На небе мелькали картины из жизни человека, и после каждой из них он замечал на песке две цепочки следов: одну – от его собственных ног, другую – от ног Бога.

Но вскоре человек заметил, что когда перед ним представали самые трудные и печальные моменты его жизни, на песке оказывалась лишь одна цепочка следов.

– Господи, почему ты оставляешь меня всякий раз, когда я больше всего нуждаюсь в тебе? – спросил человек.

Бог ответил:

– Ты не прав, я никогда не покидал тебя. И ты видишь лишь одну цепочку следов там, где в самые сложные моменты твой судьбы я нёс тебя на руках.
http://s7.uploads.ru/t/F0xfy.jpg

0

110

svarog написал(а):

Притча.


Притча, которая не оставляет тебя равнодушным. Благодарю Вас за возможность поразмышлять над сказанным в ней.

0



Создать форум © iboard.ws